?

Log in

No account? Create an account
Оригинал взят у hrono61 в Просто фиксирую


1. Полное стирание различий между нашими либералами и украинцами. Их истерики стали не только синхронными, но и на одни темы. Например, забавно наблюдать, как одновременно бьются в падучей всякие собчаки, радзиховские, белковские и прочий мусор и укропропагандоны на тему, например, "Путин слил Донбасс" (в очередной раз, да).

2. Полное стирание различий между "серьёзной" прессой и жёлтой. Например, РБК и "Ведомости" у нас или "Блумберг" и "Форбс" у них за короткий период пожелтели абсолютно.

Тут такое дело получается: серьёзная пресса всегда заботилась о качестве информации, по крайней мере именно так было раньше. Потому что имя - это дорого. Его можно запачкать быстро, а вот очищать - очень долго. Отсюда предположение, что они уже не планируют на сколь-нибудь большой срок вперёд, по крайней мере сейчас их имя и последствия не интересуют.

А что тогда интересует? А выживание привычной и сытной системы. Поэтому в ход пошло всё, прежде всего прямая ложь и клевета. Для них не до жиру - быть бы живу.

Поэтому можно предположить, что в этом году русофобский визг станет беспрерывным и будет только нарастать, а весь радужный спектр, который так аккуратно выстраивали и пестовали хозяева, разделяли его и задавали разные программы, сейчас просто смешается и превратится в говно. И не только по цвету.

PS Чтоб было понятней, ещё немного подробностей.

Вот раньше хозяева аккуратно выстраивали множество марионеточных группировкой, причём под каждую отдельно писалась своя программа, выстраивались "союзнические" связи, более того, они иногда даже типа грызлись между собой (такие сценарии тоже прописывались). За много лет они создали группировки красных, белых, зелёных, либералов и социалистов, монархистов и националистов и т.п. и т.д. Первый раз их постарались сбить в кучу в 2012 году, но тогда под это дело сгондобили целую конструкцию, чтобы не спугнуть, при этом программы всё-таки не перемешивались. Что происходит сейчас? А сейчас хозяева плюнули на различия - не до них - и перевели в все структуры в аварийный режим, где противник всего один - Россия в целом. И нюансы, необходимые в обычное время для запудривания мозгов, тут уже не нужны, более того, они даже мешают.

Поэтому мы и видим верещащих за Донбасс либералов и, например, красных, орущих про "катастрофическую ошибку России" по отношению к Турции.

А то ли ещё будет!
...

Read more...Collapse )

О ярости и бесах

Все мы в равной степени люди. А у людей порой всё получается так, как надо, а порой они ошибаются. Это совершенно в порядке вещей. Это – закон. Даже самый прекрасный розовый куст в январе становится похож на кучу хвороста с растопыренными шипами. Так уж устроены розы. Единственное, что нам нужно помнить, глядя на этот куст – в этот момент нельзя принимать важные решения или судить о его достоинствах. Потому что роза, которая в зимнее время, казалось бы, так и просится в компостную кучу, летом может обернуться воплощением благоуханной красоты. Всё меняется. Никто не может постоянно радовать цветением.
Арнхильд Лаувенг. "Завтра я всегда была львом"

Вот и я не сторонник "вотпрямщас руби с плеча, потом разберемся". На основании жизненного между прочим опыта. И поступков в состоянии "помутнение яростью" избегаю, поскольку бес таки во мне имеется, и неслабый, и если отпустить - всяко может случиться, были прецеденты, были... Потому и стараюсь его держать в ежовых, воли не давать. Разговаривать буду до последнего, искать компромисс, не оскорблять ни в коем случае, оставлять противнику путь для отступления. Но если припрет - могу и бутылкой по голове (был такой случайный случай в далекой бурной юности)). Но сделаю это со вздохом и некоторым даже сожалением.

Юрий Левитанский

Что делать, мой ангел, мы стали спокойней,
мы стали смиренней.
За дымкой метели так мирно клубится наш милый Парнас.
И вот наступает то странное время иных измерений,
где прежние мерки уже не годятся - они не про нас.

Ты можешь отмерить семь раз и отвесить
и вновь перевесить
и можешь отрезать семь раз, отмеряя при этом едва.
Но ты уже знаешь как мало успеешь
за год или десять,
и ты понимаешь, как много ты можешь за день или два.

Ты душу насытишь не хлебом единым и хлебом единым,
на миг удивившись почти незаметному их рубежу.
Но ты уже знаешь,
о, как это горестно - быть несудимым,
и ты понимаешь при этом, как сладостно - о, не сужу.

Ты можешь отмерить семь раз и отвесить,
и вновь перемерить
И вывести формулу, коей доступны дела и слова.
Но можешь проверить гармонию алгеброй
и не поверить
свидетельству формул -
ах, милая алгебра, ты не права.
Ты можешь беседовать с тенью Шекспира
и собственной тенью.
Ты спутаешь карты, смешав ненароком вчера и теперь.
Но ты уже знаешь,
какие потери ведут к обретенью,
и ты понимаешь,
какая удача в иной из потерь.
А день наступает такой и такой-то и с крыш уже каплет,
и пахнут окрестности чем-то ушедшим, чего не избыть.
И нету Офелии рядом, и пишет комедию Гамлет,
о некоем возрасте, как бы связующем быть и не быть.

Он полон смиренья, хотя понимает, что суть не в смиренье.
Он пишет и пишет, себя же на слове поймать норовя.
И трепетно светится тонкая веточка майской сирени,
как вечный огонь над бессмертной и юной
душой соловья.

Special for Marika))

История про дуриан.

Так уж получилось, что в советские времена я была невыездная. То есть абсолютно. Дальше Алушты — никуда. И вот, когда времена переменились, и начали капать какие-то деньги, мы решили: к черту — все остальное! Будем ездить! Надо успеть как можно больше увидеть, успеть попробовать не на слух, а на вкус и на вид. И места выбирались самые необычные — остров Джерси, городок Синтра, остров Ланкави в Малайзии... Там то все и произошло.
На Ланкави нам повезло жить в удивительном ресорте — прямо в ливневом лесу, на склоне подымающейся от моря горы, поставлены деревянные домики-кабинки. Территория — огромная, целый городок, на верхние линии постояльцев даже развозят маленькие электромобили. А в лесу — все как лесу, со всей соответствующей флорой и фауной. Обезьяны, туканы, вараны, летающие лисицы всякие... На второй день мы почти опоздали на экскурсию, потому что прямо возле нашей двери на небольшом деревце расселось целое семейство черно-белых мартышек, занятых завтраком и совершенно не обращавших внимания на нашу суету с камерой буквально в метре от них. Они уже привыкли. Автобус нас дождался. Гид, услышав заветное слово «monkey”, ругать нас не стала, а понимающе кивнула головой. Она уже тоже привыкла. Мы и сами, в предпоследний день встретив утром девственно белого европейца, лихорадочно мечущегося с камерой вокруг куста, в котором сидел уже знакомый нам в лицо черно-белый патриарх, в ответ на его новоприбывшие дикие восторги довольно равнодушно покивали головой. Ага, колоссаль... абсолютный вундербар... но мы — на завтрак, там такие пирожные, может не хватить. Мы уже тоже привыкли...
А уж обычные коричневые мартышки — ну как тараканы, балконную дверь открытой лучше не оставлять.

Но, собственно, история-то про дуриан.
Дуриан — весьма своеобразная личность в мире фруктов. С виду он сильно смахивает на каштан в кожуре, такой же колючий, но размером с дыню или средний арбуз. А внутри - розовато-белые ломтики с небольшой косточкой. И вот тут начинается самое интересное. Вкус этих ломтиков считается самым изысканным и необычным лакомством среди всех фруктов. Но! Пахнут они не то чтобы плохо, а откровенно воняют, причем вонь эта тоже весьма необычна и непревзойденна по букету. Запах подгнившего мяса и хорошо оформившейся помойки — детский сад по сравнению с запахом зрелого дуриана. В Тайланде в лифтах некоторых отелей рядом с запрещающими знаками по поводу роликов и мороженого висят таблички с изображением перечеркнутого дуриана. Ну как не попробовать такого уникума!

И вот поехали мы на местный ночной рынок. И чего мы только там ни видели, чего только ни укусили... Причем муж, как аллергик, осторожничал — хорошо помнил случай, когда от одной неведомой ягодки чуть не начался приступ удушья. Ну а я-то — как тот Дракончик из мультфильма - «Нееее, мне никогда плохо не бывает!..» Вот и пробовала все подряд. И вдруг вижу — знакомый по картинкам облик, чую — странный негромкий « аромат». А надо сказать, что когда дуриан еще только-только вскрыли и разделали, запах его не так уж и силен. Он, так сказать, крепчает со временем... Но мы-то этого не знали.

Естественно, взяли по ломтику. Пахнет вполне терпимо, если глубоко не вдыхать. Вкус — в самом деле — нечто необыкновенное, это уже вроде и не фрукт даже, а смесь взбитых сливок и какого-то удивительного десерта-желе с кофейным оттенком. Вернулись и взяли еще. Местные, как и «бывалые туристы», смотрели на нас с одобрительной улыбкой, остальные — с некоторым недоумением. Тут-то все и началось. Жадность нас сгубила. Все доесть не удалось — не влезло, и остаток решили взять с собой «к завтраку», завернув в бумагу и положив в пакет.
Началось все еще в автобусе. Ехать до дому было минут сорок. Дуриан помаленьку крепчал. Мы использовали еще несколько пакетов и футболку. Но к концу поездки на нас смотрели примерно так, как смотрят в самолете на пассажира, решившего провезти из Франции в ручной клади выдержанный козий сыр. То есть мягко говоря неодобрительно.
Вернувшись, мы затолкали дуриана в холодильник во всей накопившейся обвертке, заменив футболку здоровенным куском фольги. Но когда утром я открыла холодильник, там был один сплошной дуриан. Есть его уже не хотелось. Муж сказал, что — или он, или дуриан; иди выбрасывай. А куда его? Не в урну же, такой подарочек... Подумав, я отнесла оставшиеся ломтики (на вид, кстати, совершенно свежие) на большой валун недалеко от нашего балкончика, куда уже несколько раз выкладывала разные остатки для приманивания птиц. У них-то обоняние вроде не сильно развито, может съедят. Не закапывать же его, в самом деле...
И каково же было мое изумление, когда буквально через пару минут появилась белка. Белки там немного покрупнее европейских, но жутко суетливые и сварливые. Она буквально спикировала с дерева на камень и вцепилась в дуриана, как терьер — в крысу. Она явно была счастлива. Порадовавшись такому удачному решению проблемы, я вернулась в комнату. Но почти тут же бросилась обратно, услышав дикий белкин вопль и потом - отчаянную ругань. На камне сидела уже другая белка, покрупнее первой, и сосредоточенно пожирала лакомство. Первая висела на пальме и страшно ругалась. Перевода не требовалось — тут было и «люди добрые, посмотрите, среди бела дня...», и «какая наглость...», и «я первый нашел...». Непрерывные вопли продолжались все время, пока агрессор не доел последний кусочек, тщательно облизав косточки и выложив их обратно на камень. После чего степенно удалился. Пострадавшая сторона наконец замолчала и некоторое время тихо сидела, переживая случившееся. Потом — я буквально услышала тяжелый вздох — она повернулась и исчезла среди ветвей.
И вот я до сих пор думаю — у них у обеих был в тот день сильный насморк, и нос заложен, или им просто наплевать на все, когда попадается такая вкуснятина?:)

Бывает и так

Женщина на восьмом месяце беременности была вынуждена вместе с ребенком ночевать в автомобиле
02. июнь 2014 12:30

rus.DELFI.ee
Pärnu kodutu ema
FOTO: Rauno Volmar


Город Пярну не смог решить жилищного вопроса женщины с ребенком, которая долго добивалась этого. В конце концов им пообещали комнату в социальном доме, где, по оценке матери, опасно жить.

В начале прошлой недели 28-летняя Лилиана, которая сейчас на восьмом месяце беременности, ночевала в автомобиле своих знакомых. Она воспитывает и пятилетнего ребенка. За душой нет ничего. "Практически с конца прошлого года я на улице. Осенью лишилась работы. Тогда мы начали скитаться по знакомым", — рассказывает она. Без работы остался и отец еще не рожденного ребенка.

Не найдя работы, Лилиана в канун Нового года решила отправиться в Таллинн, надеясь, что там работу будет найти легче. Чтобы снять квартиру, мать Лилианы, работающая санитаркой, взяла кредит в размере 200 евро.

Около месяца Лилиана безуспешно вела поиски работы. "Все сразу отказывали, так как я была уже на четвертом месяце и живот был виден", — поясняет она. В Таллинне ей не помогли и социальные работники, потому что прописана она в Пярну, кроме прочего, с отметкой, что на самом деле места жительства у нее нет. То есть горуправа знала, что мать маленького ребенка — бомж, уже с конца прошлого лета.

Деньги, взятые в кредит, закончились, и Лилиана вернулась в Пярну, где обратилась в социальный отдел, поскольку слышала, что город может выделить компенсацию для оплаты жилья. Вначале отдел подтвердил это.

В долгий ящик

Чудом Лилиана нашла маленькую съемную квартирку по нормальной цене — 160 евро. Владелец даже был настолько любезен, что согласился предоставить жилье сразу — с условием, что женщина заплатит, когда город выплатит компенсацию.

А дальше пошли бюрократические проволочки. Почти каждый день беременная Лилиана металась с бумажками по учреждениям: то требовали еще какие-то справки, то надо было ждать трудовую комиссию, то решений главного специалиста или еще какой-либо комиссии.

С собственником квартиры у Лилианы был письменный договор, что без оплаты она может жить до 10 апреля. Но никакой компенсации, никакого пособия от города женщина не получила, поэтому вечером 9 апреля в панике позвонила в мэрию.

"Тогда они сообщили, что у них есть до 30 дней, чтобы решать! Я объяснила им, что через полтора месяца у меня родится ребенок, куда я с ним пойду? И тут мне посоветовали пойти в приют для детей и женщин", — рассказывает Лилиана.

"Хочу, чтобы социальные работники поняли — если бы у меня была возможность получать доход, то никакой помощи я не хотела бы. Я тоже платила налоги, теперь и я, и мои дети нуждаемся в помощи. Мне кажется, что они совершенно не понимают, насколько серьезно мое положение", — недоумевает она.

Женщина обращалась и в Министерство социального обеспечения. В ответе оттуда было подтверждено, что местное самоуправление обязано обеспечить Лилиану жильем. Пока обеспечивала только церковь — продуктами питания. Однако на прошлой неделе Лилиане позвонили и сообщили: "Вы получите квартиру в социальном доме на улице Лийва!" Кто знает Пярну, знает и то, что этот дом известен как "замок с привидениями", к которому в темное время суток и подходить-то страшно.

Вонь и грязь!

Корреспондент Eesti Päevaleht направился туда вместе с Лилианой. Странные лица, вонь, грязь, темные коридоры! В комнате — перегородка, за которой — другая семья. Малюсенькая ванная — общая. Двое, например, мать и ребенок, которого она желает помыть, не поместятся.

Когда Лилиана пошла осматривать предоставленную жилплощадь в компании с социальным работником и специалистом по защите детей, поинтересовалась, где в пустой комнате она будет спать со своими двумя ребятишками. "Они сказали, что в течение недели организуют один матрац… Я просто лишилась слов. Это сказала специалист по защите детей", — вспоминает Лилиана.

Она ответила городу, что не считает это жилище безопасным для своих детей. Но город считает иначе — жилье вполне подходящее. По словам вице-мэра Пярну Ромека Козенкраниуса, строить новые социальные квартиры — дорого, так как нуждающихся слишком много. Он заметил, что общежитие на Лийва вполне себе ничего.


От себя - вспомнилось. Лет пять назад подружка Люська всполошила нашу "женскую компанию". По работе пришлось ей столкнуться с одной молодой теткой (тридцать с копейками), у которой трое детей, и живет она в муниципальном жилье (таллинское муниципальное жилье надо видеть - может быть и заваленным всякой дрянью сырым полуподвалом, зато в Старом городе). Со всеми прилагающимися прелестями - проваленный пол, ободранные стены, крысы и пр. Тетка, прям скажем, не голубь сизокрылый - с мужьями карусель, кто за что отвечает - не понятно. Но дети-то причем? Кроме того, она фактически инвалид - со спиной огромные проблемы, нужно серьезное лечение. В очередь на нормальное жилье не ставят - какая-то бюрократическая фигня. Старший ребенок в том году должен был пойти в школу, пособие от города копеешное. Денег нет от слова совсем - на пособия прожить нереально, и с их оформлением тоже какая-то засада.
Тетка, кстати сказать, непьющая - ну может слегка, и не наркоманка.
Ну, что делать... Собрались, созвонились. Деньги - само собой, продукты. По знакомым собрали нормальный телевизор (люди меняли на плазму, отдали просто так), комп, монитор, клаву (тоже в фирмах была замена), полный набор первоклассника, съездили с ней по магазинам по очереди - купить детям одежду.
Наехали на отдел здравоохранения - лечение ей назначили бесплатное. Главное - зубами вцепились в отдел Горуправы по жилью. В очередь ее так и не смогли поставить, но ей нашли освобожденное жилье - двухкомнатную квартиру, очень хорошую, в бывшем портовом доме.
Что хочу сказать - когда первый раз приехали в то самое первое "жилье" - лично я никогда такого не видела. Разве что в хронике про страны "третьего мира". Когда попадаю на рассказы о том, "как в Европах жить хорошо и красиво", очень жалею, что фоток тогда не наделала.
Справедливости ради - сейчас стало много лучше. Город построил очень много нового муниципального жилья, подобные вопросы теперь решаются легче. Город который год выделяет фонды "на картошку и дрова". Но это в Таллине - где много лет на выборах побеждает столь ненавистный "истинным эстонцам" Сависсаар, которого не устают клеймить за "пророссийскость".
В "чисто эстонском" Пярну - картинка оказалась неприятной...

Плакучая ива

Подробности "газовых войн". Даже не знала, что все ТАК запущено.

http://regnum.ru/news/1795809.html#ixzz30BbA3nnm

У Папаши Мюллера в обсуждениях шикарный комментарий:

>>ЕС и США должны оплатить свои "успехи" - настолько дорого, чтобы не возник соблазн их повторить.

Бриллиантовая рука, ресторан Плакучая ива.
Меркель подливает шнапс в пиво Лаврову.
Обама в кустах теребит штакетник.
Порошенко долго несёт дичь, за которую никто уже не хочет платить.
Звучит песня про зайцев.

По Макиавелли

Очень хорошая, доступно и живенько) написанная статья

http://continentalist.ru/2014/05/fenomen-maydana-s-tochki-zreniya-nikolo-makiavelli-pismo-druga-ocherednoe/

Про ангела

Лето выдалось очень жарким. Температура зашкаливала, и в велосипедной секции, где я тогда занималась, часто отменяли тренировки. Форму терять не хотелось, поэтому я брала свой простой велосипед и наматывала километры просто так — где придется.
Была и еще одна причина — загар. В те времена мы ничего не знали о раке кожи , и стать «шоколадкой» - было заветной мечтой каждой девчонки. Поэтому на свои «прогоны» я ездила в весьма специфичной униформе — майка-»оборванка» и некое подобие шорт, сделанное из обрезанных по самое никуда старых джинсов. А было мне о ту пору шестнадцать лет.
Городку, в котором я тогда жила, маленькому и откровенно провинциальному, были присущи все милые особенности небольших городов. Почти все его жители имели четкое мнение практически по любому вопросу и были готовы высказать его в любой момент. Поэтому оценку своего внешнего вида мне приходилось слышать неоднократно прямо с тротуара (и не лень же остановиться и заорать на всю улицу!), а то и какой-нибудь особо рьяный поборник нравственности мог пристроиться рядом тоже на велосипеде и долго нудеть о «девичьей скромности» и «куда смотрят родители».
Не любила я все это, потому часто уезжала за город и катила вдоль реки , далеко, за пляж, за дачи — в поля. Там безумно орали кузнечики, шумела река, если был ветер — громко шелестели огромные ивы, которыми зарос весь берег. Редкие рыбаки не обращали на меня внимания — у них своих дел по горло... На обратном пути можно было остановиться у моста и искупаться, когда жара совсем уж донимала.
Но однажды все пошло не так. Недалеко от пригородного поселка мне встретилась компания парней на мотоциклах. Они стояли прямо на дороге, поэтому мне пришлось остановиться. Мы довольно мило и вежливо несколько минут поговорили о погоде, о природе, о спорте. Затем я поехала дальше. Но настроение вдруг стало каким-то невеселым, чувство легкости и безопасности куда-то пропало. И я совершила очень большую ошибку — решила вернуться, причем той же дорогой. Когда, вывернув из-за поворота, я увидела ту же компанию почти на том же месте, душа моя похолодела из-за нехороших предчувствий. Но деваться было уже некуда, я поехала дальше.
На этот раз меня откровенно остановили, зажав колесами мотоциклов колесо моего велосипеда. Дальнейший разговор был неинтересен и прост: куда же ты так торопишься... пошли отдохнем... никуда ты не поедешь... Удивительно, насколько быстро мирный пейзаж может стать жутким. Я до сих пор помню страшное чувство абсолютной беспомощности и полной оторванности от всего остального. Все существовало где-то - там, а я была — здесь, и никакой возможности вернуться обратно в нормальную жизнь. И это происходило со мной, в ту пору «нецелованной девочкой». Происходило, и изменить ничего было нельзя. Я понимала, что сейчас практически неизбежно произойдет что-то такое, после чего жить дальше будет уже невозможно. И произойдет это не с какой-то гипотетической девочкой-велосипедисткой, а конкретно со мной. Метрах в трехстах впереди я видела большую иву, в тот момент совершенно недосягаемую, под которой виднелись чьи-то удочки. Там — в трехстах метрах — по-прежнему шла нормальная жизнь. Но я была — здесь. Кричать — бесполезно, проклятые кузнечики и предательница-река заглушили бы любой звук.

Один из байкеров уже начал терять терпение, даже видимость вежливости стала исчезать, похоже, шутки кончались... И вдруг (ну какая же сказка без «вдруг»!) из-за поворота показался велосипедист — средних лет мужчина, возвращавшийся с рыбалки с небольшим уловом в пакетике. Поравнявшись с нами, он спросил : «Ребята, случилось что?» И я в полном отчаянии попросила: «Помогите, пожалуйста...» Причем видела прекрасно, что мужик далеко не Шварцнеггер, чуть повыше меня ростом и не очень- то крепок на вид. А байкеров — четверо, и двое из них — довольно накачанные ребята.
Тон разговора сменился мгновенно, даже голоса стали другими. Мужику грубо и откровенно велели убираться, пока цел.. И тогда он произнес слова, которые почти дословно помню до сих пор: «Ребята, вы поймите : она — человек, и я — человек, и если я сейчас уеду, то потом буду все время об этом помнить. И как я тогда буду дальше с этим жить?» И как-то так он это сказал, что стало очень понятно — никуда он не уедет.
Один из байкеров, «самый тихий», резко газанул и поехал вперед. Остальные, после паузы, — за ним. Мужчина спросил меня: «Ехать можешь?» Видимо, меня трясло показательно. Я кивнула, и мы поехали. Но ничего еще не кончилось. Мы увидели, что компания снова остановилась и ждет нас на дороге чуть подальше.
Мужчина затормозил и полез в сумку с инструментами. Я сначала не поняла - «он что, ремонтироваться собрался? Или время тянет?». А он вытащил гаечный ключ и, зажав в руке, снова взялся за руль. В отличие от меня, дуры малолетней, он прекрасно оценивал ситуацию, понимал, что может произойти, и хотел иметь хоть какое-то оружие. Потом сказал: «Что бы ни началось, пока будет возможность — крути педали. Доедешь до людей — позови. И помни — крути педали, не останавливайся». Только тут я начала реально понимать, что нам на самом деле может грозить.
Но ничего они нам не сделали. Пропустили. Только один, самый наглый, поймал мой перепуганный взгляд, ухмыльнулся и нарочито дернул колесо мотоцикла, делая вид, что сейчас опять остановит.
Мы молча доехали до моста, начались первые улицы дачного пригорода. В голове у меня после пережитого ужаса была какая-то пустота и тишина. Я даже «спасибо» ему не сказала... На ближайшем перекрестке я свернула в знакомую улицу и поехала к подружке на дачу. Колотило меня всю, и почти два часа я просидела у нее в гостях, отпиваясь чаем.
Обо всем происшедшем я тогда никому не рассказала. Что интересно, я даже напрочь забыла обо всем на несколько лет — видимо, сработал какой-то блок памяти. Вспомнила я эту историю много позже, после того, как снова оказалась не в том месте и не в то время. Но тогда все закончилось гораздо хуже, хорошо хоть парень был один. И никакой ангел-спаситель тогда не пришел. Никто тогда не пришел. Может быть, у ангелов был в тот день выходной, а может, устав от моего беспросветного легкомыслия, мне решили преподать урок — чтобы поняла, наконец...
В тот момент продолжать жить с таким воспоминанием показалось мне совершенно невыносимым занятием. У меня на запястье есть шрам, - но было очень холодно и больно, и пойти до конца я не смогла. Самое смешное, пытаясь избавиться от воспоминаний, я сама оставила след, глядя на который каждый раз все вспоминаю заново, — шрам с годами не исчезает и не особенно меняется в лице. Но каждый раз я вспоминаю и тот, первый случай.

Я действительно верю, что у каждого человека есть свой Ангел-хранитель. Моему пришлось изрядно потрудиться в дни моей бурной юности, выручая меня в самых диких ситуациях, принимая облик случайных прохожих, совершенно незнакомых мне людей. А возможно, это были те, кому тоже когда-то кто-то помог.
Я действительно верю также в то, что каждому дается при рождении некая искра, которая и отличает нас от животных, - назовите это как хотите: гуманность, умение сострадать, чувство собственного достоинства, мораль. Да хоть Четвертое доказательство Канта помяните — какая разница. Суть в том, что у кого-то эта искра тлеет, у кого-то гаснет, у кого-то - разгорается в настоящий костер. Таких мало, в основном мы все — обычные люди, хорошо, если имеется хотя бы небольшой огонек.
А изначальная искра часто гаснет потому, что кто-то из окружающих, походя, небрежно, ради собственного удовольствия или выгоды, или просто от безделья, сделал что-то такое, после чего она гореть уже не может. Очень тяжело потерять веру в человека, но еще хуже — потерять веру в человечность. Мой тогдашний спаситель своим поступком не дал моей искре погаснуть. Этот мелкий, на вид ни разу не сильный, невзрачный человек дал мне живой пример того, что сила — не только в мышцах или в количестве участников, но и в чем-то другом. И того, что иногда самым страшным становится не то, что будет сейчас, а то, что будет потом, когда будешь судить себя сам. Потому что нет такого поступка, который можно забыть абсолютно.
Я очень жалею, что тогда не сказала ему спасибо. Очень. Но если уж я тогда этого не сделала, то по жизни стараюсь отблагодарить другим - не оставить в беде того, кому трудно или страшно, кто попал в ловушку обстоятельств или невезения, не дать погаснуть ЕГО искре. А иначе — какой тогда смысл во всем?
Ангелов все равно на всех не хватит. Или у кого-то они слабые и ленивые. Мы — не ангелы, но, может быть, надо оставаться хотя бы людьми?
И все-таки мне очень жаль, что я тогда не сказала «спасибо»...


История, вообще-то, была записана несколько лет назад для сыновей. И когда я узнала, что младший сын возле школы заступился с приятелем за «мелюзгу», которого терзали старшеклассники, то подумала - «не зря графоманствовала...:)» Хотя реально понимаю, что в 90-е дело кончилось бы, скорее всего, совсем не так.. Но ведь суть не в истории, а в выводах. И если они не правильные, тогда действительно в жизни нет никакого смысла, а у человечества — будущего. А верить в это — не хочу.
По-моему, вся нынешняя ситуация объясняется довольно просто.

Когда-то мне разъяснили главный принцип бизнеса: в любой, самой красивой предложенной тебе схеме - первое, что делай - ищи, кто назначен на роль лоха. И если ты его не видишь, значит лох - ты сам.

В конце 80х на роль лоха была назначена Россия. И не знаю уж почему - в силу то ли внутреннего предательства, то ли элементарной глупости, то ли чисто русской доверчивости, но Россия на эту роль согласилась. И стала таким очень удачным, жирненьким, привлекательным лохом.

Но, как говаривал старик Андерсен, "конец, конец, всему на свете приходит конец". И Россия теперь (почему-то!)) сделалась с этой ролью не согласна, и взялась усиленно от этой завидной роли отбиваться. И вряд ли можно процесс повернуть вспять, силы уже немножечко поднакоплены. Рановато конечно началось, Украина (читай- выразитель интересов США) радостно согласилась сыграть роль катализатора, года через 2-3 все было бы гораздо легче для РФ.

Скорее всего, нынешняя запредельная агрессивность антироссийских ребят объясняется еще и тем, что они понимают простую истину - без лоха схемы не будет. Кто-то другой обязательно будет вынужден согласиться на эту роль. А никому не хочется... А придется... И возникает вопрос: ну и кто теперь главный номинант?) Среди меня пока первое место занимают европейцы. Насчет Украины - даже не обсуждается, они уже вообще вне схемы.

ЗЫ. Почему такой заголовок.
Был такой случайный случай в дни бурной юности. Викендовала как-то моя компания на даче в Вимси. В советские времена район тот был какбэ полузакрытый, в самом конце на мысу было что-то вроде погранично-наблюдательного пункта. А вокруг - дачное раздолье. Общественный транспорт ходил крайне редко, только до 10 часов. Спасали маршрутки - ходили до часу, но тоже редко.
И вот в воскресенье, пытаясь добраться до города, словили мы последнюю маршрутку. А нас - человек семь. А в маршрутке - три свободных места. И вот Сашка (типаж крайне колоритный, метра три ростом, спортивного ткскать телосложения) внимательно осматривает пассажиров и говорит: "Так. Мне надо посадить семь человек. Кто хочет выйти сам?"
Фраза вошла в анналы. Пользуемся до сих пор.)

Про червяка и Бусину

Сижу я однажды на газоне, борюсь с одуванчиком. Корни у одуванчиков длинные и цепкие, и если обломить слишком высоко — из остатка вырастут несколько новых, прямо как у Змея Горыныча головы. С ними легче справиться, когда земля мокрая. А тут — ночью прошел дождь, самое время для борьбы.

Утро ясное, прекрасное. Начало лета. А после дождя земляные черви любят высунуть голову из земли — подышать, а то и целиком вылезают — может, чтобы обсушиться, кто их, червяков, знает? Для птиц — приглашение на завтрак, столик накрылся. Вот и тут — метрах в пяти от меня дрозд приметил такого выползка и начал выдирать его из земли. Червяк попался упорный, цеплючий, да и безразмерный какой-то, - дрозд всеми лапами уперся, даже на хвост откинулся, а этот все тянется и тянется... Мне уже показалось, что дрозд сейчас вообще на спину завалится. Но ничего, справился. Стоит, держит червяка в зубах, а у самого даже голова мотается — червяк попался огромный, для дрозда такая порция — как для человека баранья ножка, и извивается, как удав.
Глядя на этого монстра, я невольно задумалась: а может, при таких размерах у червей уже даже зачатки мозга появляются? Инда жалко стало...

Дрозд между тем справился, придавил ногой хвост (а может, голову, - кто их, червяков, разберет...) и приготовился к разделке на порционные куски. И тут из кустов вылетает кошка Бусина.
Кошка эта — отдельная песня, чистая вахабитка. Могла ли я, подбирая на парковке крошечный полуживой меховой комочек, предполагать, что из него вырастет? А выросла натуральная террористка -охотница, главная цель которой — кого-нибудь словить и укромно сожрать в кустах. Даже ошейник с бубенчиком не помогает — все равно периодически нахожу кучки перьев и лапки. Как она справляется — остается для меня загадкой. Наверное, скачет на трех лапах, четвертой прижимая бубенчик...
И вот этот «косматый ужас» появляется как снег на голову буквально в метре от дрозда. Тут уж не до размышлений! С диким воплем я совершаю кенгуриный прыжок в сторону теплой компании. Таким же кенгуриным прыжком Буся отправляется обратно в кусты. Дрозд, выронив червяка, взлетает с каким-то вороньим карканьем.

Я сажусь на траву и задумываюсь о превратностях судьбы. Вот — оба собрались позавтракать, и оба остались ни с чем... Как переменчива жизнь... И тут мне приходит в голову мысль оценить ситуацию с точки зрения червяка... А ведь в итоге все довольненько удачно сложилось!
Пошла посмотреть на нежданно уцелевшего страдальца. Он лежал на траве несколько в забытьи, только легонько шевелился... Подумав, я отнесла его под сирени — там безопаснее...
Вон китайцы считают, что если человек спас кого-нибудь, он сам после этого становится должником и несет ответственность за спасенного на всю оставшуюся жизнь. Конечно, червяк — не человек. Но все-таки...

Несколько лет назад Бусина плотно превратилась в Бусеницу. После того, как Адриан, глядя на Златку, сказал: "Какие у мамы красивые бусеницы..."

SEranHjsrJ3g0Mie_S7z9u_large

nJuA4qUcsdP8xGxq_ANOgV_large

x8LyRsozdIQj697g_naZ5R_large

qeOIC7rFuLnhxHIt_abknr_large